страницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216

Переписка А. П. Чехова (письма Чехова)

мобильные телефоны

3066. А. М. ПЕШКОВУ (М. ГОРЬКОМУ)
6 марта 1900 г. Ялта.
6 март.
Милый Алексей Максимович, Художественный театр с 10-го апреля по 15 будет играть в Севастополе, с 16 по 21 - в Ялте. Даны будут: "Дядя Ваня", "Чайка", "Одинокие" Гауптмана и "Эдда Габлер" Ибсена. Непременно приезжайте. Вам надо поближе подойти к этому театру и присмотреться, чтобы написать пьесу. А вот если бы Вы побывали на репетициях, то Вы бы еще боле навострились. Ничто так не знакомит с условиями сцены, как бестолковщина, происходящая на репетициях.
По Ялте пошел слух, будто Средин получил письмо от Вас: Вы приедете в начале апреля. Правда ли? Надо бы проверить этот слух, да идти к Средину нельзя, так как вот уже 5-й день валят дождь и снег.
Нового ничего нет. Будьте здоровы и счастливы, скорее пишите "Мужика". Крепко жму руку.
Ваш А. Чехов.
Худож<ественный> театр приедет со своей обстановкой.
 
 
 
3067. М. П. ЧЕХОВОЙ
7 марта 1900 г. Ялта.
7 марта.
Милая Маша, в Ялте снег, дождь, холод, грязь - в этак уже целую неделю. Точно в Новоселках. И непохоже, чтобы погода скоро изменилась. Был Вишневский. Он пробыл здесь 4 дня и всё это время сидел у меня за столом и сочинял своему начальству телеграммы или рассказывал, как он прекрасно играл. Он читал роль из "Дяди Вани" и совал мне в руки пьесы, просил, чтобы я подавал ему реплику; он орал, трясся, хватал себя за виски, а я смотрел и слушал с отчаянием в душе, уйти же было нельзя, так как шел снег, -и этак 4 дня!!
Уже выпустил" анонс, и Синани продает билеты. Если Немирович раздумает, то будет скандал.
В водопроводе воды почти совсем нет, я вмешался и теперь буду починять водопровод, авось к Пасхе всё устроится. Шоссе уже готово, но - увы!.. стена после дождей наклонилась к нам в сад, грозила падением, и теперь ее разбирают, чтобы опять начать строить. В ней вышины больше трех сажен.
Вишневский ничем не интересуется, кроме своей гениальной игры, ничего не видел и поэтому ничего не расскажет тебе. Да и, кстати, ничего нет нового. Стало быть, ты приедешь на Пасху? Театр будет в Севастополе уже на Страстной. Всю Страстную я проведу в Ялте и поеду в Севастополь только в понедельник на Святой. В Ялте спектакли будут на Фоминой. В пятницу Страстную Ольга Леонард<овна> приедет к нам, и в понедельник мы вместе отправимся в Севастополь.
Был мороз, который многое попортил в саду. Камелии (цветы только) завяли.
Будь здорова. Мать кланяется.
Твой Antoine.
"Доктор в "Дяде Ване" говорит неотразимой очаровательнице Елене Андреевне: "Поживете у нас еще немного, и я вами страх как увлекусь"".
Это из рецензии. Передай О<льге> Л<еонардовн>е, она собирает.

 
 
3068. Л. В. СРЕДИНУ
9 марта 1900 г. Ялта.
Дорогой Леонид Валентинович, все собираюсь к Вам, да нельзя: погода скверная. Посылаю письмо и телеграмму. Сначала прочтите первое, потом вторую.
Кланяюсь и крепко жму руку.
Ваш А. Чехов.
9/III.
 
 

3069. А. Л. ВИШНЕВСКОМУ
10 марта 1900 г. Ялта.
10 марта.
Милый земляк, представьте, какое недоразумение: исправник зачеркнул в анонсе "Одиноких"! У него в списке нет этой пьесы. Анонс все-таки был расклеен по всем заборам, столбам и обывательским спинам, билеты все уже проданы, но все же на всякий случай, чтобы не произошло замешательства с афишей, пришлите цензурованный экземпляр "Одиноких". Пожалуйста, пришлите, а то недоразумение неизбежно.
В театре будут все караимы, сколько их есть на Крымском полуострове, со своими женами; они ничего не поймут из того, что увидят, и останутся недовольны.
Вообще много будет ненужной публики, нужная же осталась без билетов.
Скажите Полкатыцкому, что я согласен. Его телеграмму передавал мне чиновник по телефону с дрожью в голосе.
Будьте здоровы и веселы.
Ваш А. Чехов.

 
 
3070. Вл. И. НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО
10 марта 1900 г. Ялта.
10 март.
Милый Владимир Иванович, я получил от Горева письмо: хочет ставить "Дядю Ваню" в свой прощальный бенефис. Я написал ему, что я очень рад, но что пьеса принадлежит Художественному театру и что если этот театр не отказался от намерения сыграть ее в Петербурге теперь или в будущем сезоне, то идти на казенной сцене она не может.
Вчера весь день у Синани, продающего билеты, был растерянный, ошеломленный вид, и лавочку его публика брала приступом. Билеты все проданы, и если бы театр был вдвое больше, то и тогда бы билетов не хватило. И это в Ялте, где полных сборов в театре никогда не бывает и театр пустует. Привезите аншлаг.
В Ялте отвратительная погода, можно прийти в отчаяние. Эта зима кажется мне ужасно, ужасно длинной; я совсем не жил, хотя и прожил все деньги, какие только у меня были в руках или на текущем счету. Всю зиму я провозился с геморроем, и только теперь, когда я догадался не есть говядину, мне стало легче.
Пишу ли я новую пьесу? Она наклевывается, но писать не начал, не хочется, да и надо подождать, когда станет тепло.
Сумбатов в Монако? Я тоже стремился туда, но как сосчитал свои деньги и ресурсы, то предпочел посидеть дома.
Не забудь, что ты не прислал мне еще своей фотографии. Мне нужно с подписью не позади, а на самом портрете - это для библиотеки в Таганроге.
Ну, будь здоров. Поклонись Екатерине Николаевне. Горев или Карпов, вероятно, будут писать тебе. Ответь им, что хочешь, не принимая в соображение моих интересов; Александринка мне не улыбается, хотя бы она дала мне 20 тысяч. Жму руку.
Твой А. Чехов.

 
 
3071. А. С. СУВОРИНУ
10 марта 1900 г. Ялта.
10 март.
Ни одна зима не тянулась для меня так долго, как эта, и только тянется время, а не движется, и теперь я понимаю, как я глупо сделал, оставив Москву. Я отвык от севера и не привык и югу, и ничего теперь не придумаешь в моем положении, кроме заграницы. После весны началась здесь в Ялте зима; снег, дождь, холодно, грязно - хоть плюнь.
На Фоминой в Ялте будет играть Моск<овский> Художеств<енный> театр, привезет свои декорации и обстановку. Билеты на все объявленные 4 спектакля были проданы в один день, несмотря на сильно повышенные цены. Пойдут, между прочим, "Одинокие" Гауптмана - пьеса, по-моему, великолепная. Я читал ее с большим удовольствием, хотя не люблю пьес, а поставлена она в Художеств<енном> театре, говорят, удивительно.
Нового ничего нет. Впрочем, есть одно великое событие: "Сократ" Сергеенко печатается в Приложениях "Нивы". Я читал, но с большой натугой. Это не Сократ, а придира, туповатый человечек себе на уме, мудрость и вся интересность которого заключается только в том, что всех ближних он ловит на фразе. Талантом даже не пахнет, но очень возможно, что пьеса будет иметь успех, так как попадаются в ней такие слова, как "амфора", - и Карпов скажет, что она обстановочная.
Академические новости. Президент очень огорчен в книгой Корша и его полемикой. 5-го февраля были выборы в действ<ительные> члены. Выбран в Пушкинское отделение проф. Кондаков. Значит, с Ламанским и Коршем это будет уж три. И Кондаков мне пишет: "Отделение порешило пока не выбирать на три остающиеся кресла", и думает он, что он лично не дождется, когда кончится это "пока". И о выборе Кондакова официального извещения не было, очевидно скрывают, чтобы не волновать гг. литераторов.
Как много здесь чахоточных! Какая беднота и как беспокойно с ними! Тяжелых больных не принимают здесь ни в гостиницы, ни на квартиры, можете же себе представить, какие истории приходится наблюдать здесь. Мрут люди от истощения, от обстановки, от полного заброса - и это в благословенной Тавриде. Потеряешь всякий аппетит и к солнцу, и к морю.
Сердечный привет Анне Ивановне, Насте и Боре. Будьте здоровы и благополучны.
Ваш А. Чехов.

 
 
3072. M. П. ЧЕХОВОЙ
12 марта 1900 г. Ялта.
12 м.
Милая Маша, если будешь посылать в Ялту вещи, то пошли мою кровать, мой стол и всё, что только можно запаковать и послать. Что касается стульев, то чем больше купишь их, тем лучше. И как бы дорого ни стоила упаковка и пересылка, хотя бы через Виноградова, всё же это обойдется дешевле, чем покупать в Ялте. Я бы на твоем месте ничего не оставил в Москве (кроме красного дивана), чтобы не быть связанной, а потом осенью по возвращении из Ялты купил бы новую мебель или же нанял бы меблированную комнату - одну, или две, или три, смотря по обстоятельствам. В Москву я не поеду скоро, а если поеду, то остановлюсь в гостинице. Иметь постоянную и удобную квартиру для меня вредно, так как это надолго привязывает к одному месту.
Нового ничего нет. И воды тоже нет в водопроводе. Сегодня приедет Жорж из Таганрога.
Будь здорова. Билеты все проданы.
Твой Antoine.

 
 
3073. И. П. ЧЕХОВУ
12 марта 1900 г. Ялта.
Милый Иван, был у меня аутский мулла и: просил выписать для аутской татарской школы: 20 аспидных досок, 70 тетрадей, чернил, 1 кор<обку> перьев, 30 ручек и 70 карандашей. Купи всё это, купи 12 х 12 карандашей дешевых школьных и дешевых ручек и вели выслать мне в Ялту или же, если Маша будет посылать стулья, то пусть Мюр вышлет всё это со стульями. Можно и просто - сделать одно багажное место и послать, когда поедет Маша; ведь наберется не больше пуда. За все купленное заплатит тебе Маша. Только, пожалуйста, купи.
В Ялте март скверен. Зима надоела мне чёрт знает как. Будь здоров, поклонись Соне и Володе. Нового ничего нет, мать здорова, я тоже.
Твой Antoine.
Должно быть, грифелей тоже нужно.
12/III.
 
На обороте:
Москва.
Ивану Павловичу Чехову.
Н. Басманная, д. Крестовоздвиженского.


 
3074. А. Л. ВИШНЕВСКОМУ
17 марта 1900 г. Ялта.
17 м.
Милый земляк, Вашу телеграмму получил и содержание ее сообщил Новикову. Я познакомился с инженером-электриком, и он дал мне категорическое обещание, что электричество к Пасхе непременно будет. Радуюсь, радуюсь главным образом за себя, так как увидеть вас всех, да еще при полной обстановке, при электрическом освещении - это мечта, в осуществление которой, признаться, я не верил до последнего времени; да и теперь при каждом звонке телефона всё вздрагиваю: думаю, что это телеграмма из Москвы об отмене спектаклей...
Вчера княгиня Барятинская взяла адрес Владимира Ивановича, хочет просить его и Алексеева сыграть в пользу ее санатории. Если решите играть в чью-нибудь пользу, то играйте в пользу Попечительства о приезжих больных, которое страшно нуждается в деньгах. У Барятинской много денег, ей помогают и правительство, и аристократы, у Попечительства же пока нет ничего и никого, кроме меня и еще двух-трех человечков.
Ловлю мышей и с гордостью могу сказать: нет более мышей! По крайней мере вот уже 2 дня, как ни одна не поймалась.
Видел Сазонова. Идет дождь. Будьте здоровы и счастливы.
Ваш А. Чехов.

 
 
3075. П. П. ГНЕДИЧУ
17 марта 1900 г. Ялта.
17 март.
Дорогой Петр Петрович, фотографии теперь у меня нет; когда буду в городе, то закажу и - вышлю. Как бы ни было, спасибо, что вспомнили и черкнули пять строчек. Мне здесь совсем скучно, хотя и море, и горы, и миндаль цветет, зима тянулась очень долго, чуть ли не пять лет - так казалось, по крайней мере, - и письмам, и всяким откликам с севера я бываю очень рад.
Я читал Ваши "Туманы", но только малую часть в одной книжке "Недели". Теперь читаю "Купальние огни", хотя и не люблю читать урывками по частям.
Здесь, в Ялте, Горький и Поссе, приехали вчера, я им очень рад. Безлюдье меня утомило.
Крепко жму Вам руку и желаю всего хорошего. Будьте здоровы.
Ваш А. Чехов.

 
 
3076. Ал. П. ЧЕХОВУ
17 марта 1900 г. Ялта.
17 м.
Таганрогский мещанин! Поздравляю тебя с новосельем и желаю тебе доброчадия, блаженного чревоугодия, здравия и многолетия и во всём благого поспешения. Живи в новом доме еще лет 30, дождись собственных очень высоких деревьев и умри дряхлым старцем, когда уже не будешь в состоянии отличить собственного дома от чужого. Подражай Лейкину.
Рассказ твой уже давно послан в синагогу через Машу; сия последняя давно уже сообщала, что рассказ в руках Израиля. Сделаю запрос, как и что, и сообщу.
Крыжовник, о котором я писал тебе, называется штамбовым. Он дороже обыкновенного в пять раз, но оригинален весьма. Вид его:
Купи также сирень Шпета (Spдth) и берлинский тополь. Это единственный пирамидальный тополь, растущий на севере. Есть и смородина штамбовая. Из многолетних цветов купи клубни флоксов, мальвы (рожа), диэлитры.
Маша в Москве. Она здравствует. Мать в Ялте. Все обстоит благополучно. Лейкин легок на помине: только что получил от него письмо. Пишет, что купил себе новое имение, зала в два света, 100 дес<ятин> лесу. Великий человек! Я понимаю, отчего ты ему так завидуешь.
Кланяйся Наталии Александровне и детям.
Твой брат, известный академик
А. Чехов.

 

3077. Л. Ю. АРБУШЕВСКОЙ
20 марта 1900 г. Ялта.
20 март 1900 г.
Многоуважаемая
Любовь Юлиановна!
Мой двоюродный брат Г. М. Чехов доставит Вам восемь пачек книг. На многих книгах Вы найдете надпись: "от товарищества "Знание" в знак уважения" и проч. Пожалуйста, не считайте это автографом, выдавайте книги абонентам библиотеки, невзирая на эту надпись.
Записывая книги в каталог, не упускайте писать относительно каждой, чье издание и какого года, и чей перевод.
Желаю Вам всего хорошего.
Искренно Вас уважающий
А. Чехов.
 
На конверте:
Таганрог.
Ее Высокоблагородию
Любови Юлиановне Арбушевской.
Городская библиотека.
 


3078. И. П. ЧЕХОВУ
23 марта 1900 г. Ялта.
23 марта.
Милый Иван, посылаю тебе для образца листок, вырванный из тетради. Мулла просит именно таких тетрадей!
У нас плохая погода, хотя всё в цвету и весна в разгаре. Нового ничего нет. Поклонись Соне и Володе - и будь здоров.
Твой Antoine.
Мать получила письмо и благодарит. Был ли у тебя д-р Россолимо? Сей человек хочет обратиться к тебе с большой просьбой по библиотечному делу.

 
 
3079. О. Л. КНИППЕР
26 марта 1900 г. Ялта.
26 март.
От Вашего письма, милая актриса, веет черной меланхолией; Вы мрачны, Вы страшно несчастны, но это, надо думать, не надолго, так как скоро, очень скоро Вы будете сидеть в вагоне и закусывать с большим аппетитом. Это хорошо, что Вы приедете раньше всех, с Машей, мы все-таки успеем поговорить, погулять, кое-где побывать, выпить и закусить. Только, пожалуйста, не берите с собой Вишневского, а то он здесь будет следовать за Вами и за мной по пятам и не даст сказать ни одного слова; и жить не даст, так как будет все время читать из "Дяди Вани".
Пьесы новой у меня нет, это газеты врут. Вообще газеты никогда не писали про меня правды. Если бы я начал пьесу, то, конечно, сообщил бы об этом первым делом Вам.
У нас ветер, еще весна не наступила как следует, но всё же мы уже ходим без калош и в шляпах. Скоро, на сих днях, зацветут тюльпаны. Сад у меня хорош, но всё как-то не убрано, мусорно, это сад-дилетант.
Тут Горький. Он очень хвалит Вас и ваш театр. Я познакомлю Вас с ним.
Чу! Кто-то приехал. Вошел гость. До свиданья, актриса!
Ваш А. Чехов.
 
На конверте:
Москва.
Ее Высокоблагородию
Ольге Леонардовне Книппер.
У Никитских ворот, угол Мерзляковского, д. Мещериновой.

 
 
3080. M. О. МЕНЬШИКОВУ
26 марта 1900 г. Ялта.
26 марта.
Дорогой Михаил Осипович, в Ялте психиатрических заведений нет, и я не слыхал, чтобы кто-нибудь из местных врачей или содержателей пансионов принимал к себе душевнобольных. Я не могу вспомнить ни одной квартиры на всем южном берегу, которая могла бы удовлетворить семью Венгеровых в том смысле, как Вы пишете, т. е. чтобы врач-хозяин был хороший и чуткий человек, было дешево и проч. Отправку сюда туберкулезного душевнобольного я считаю хлопотливой, сложной и бесполезной затеей; ваши северные врачи посылают его сюда, потому что незнакомы с местными условиями и по той же самой причине, по какой то и дело присылают сюда издалека больных в последнем градусе, умирающих здесь очень скоро, в убогой обстановке, на чужой стороне, в одиночестве... (Эти врачи почти каждый день угощают меня сюрпризами, и я Вам многое расскажу при свидании.) Если процесс в легких только начинается, то есть смысл прислать сюда больного осенью или зимой, но присылать неизлечимо больного, да еще на летние месяцы, когда здесь бывает жарко и душно, как в пекле, и когда в России бывает так хорошо, - это, по-моему, совсем не по-медицински, это значит, попросту, отделаться от больного.
Здешних душевнобольных отправляют в Симферополь, где есть специальное заведение. Если врачи настоят на отправке сюда В<енгеро>ва, придется сделать одно из двух: водворить его в Симферополе или же нанять для него дачу-особняк где-нибудь недалеко от Ялты... Последнее не может обойтись недорого, так как пришлось бы нанимать прислугу, сиделку и проч. Я говорю - особняк, потому что в семейный пансион, в отель, в частную квартиру здесь тяжелобольных не принимают. Вообще и кстати говоря, здесь, в знаменитом и хваленом русском курорте, единственном у нас, -для призрения больных еще ничего не сделано, и русский человек еще пальцем не шевельнул, чтобы сделать что-нибудь.
Рукопись Воскресенского получил, спасибо за хлопоты.
В Ялте все еще никак не начнется весна как следует: то тепло, то холодно. Нерешительность какая-то в природе. Я бы с удовольствием бежал отсюда.
Будьте здоровы, крепко жму руку.
Ваш А. Чехов.
Читали "Сократа"?
 
На конверте:
Царское Село.
Михаилу Осиповичу Меньшикову.
Магазейная, д. Петровой.

 

3081. M. П. ЧЕХОВОЙ
26 марта 1900 г. Ялта.
Милая Маша, уезжая в Ялту, главнее всего помни, что с наступлением теплого времени в Ялте нет уже никаких закусок, нет ни икры, ни маслин, ни ветчины, ни даже алвы для матери. Привези всего этого пудов пять. Привези или пришли с вещами мой цилиндр, мыла для умыванья, тальму. Нового ничего нет, воды в водопроводе тоже нет. Одолели посетители. Вчера, 25 марта, ко мне приходили непрерывно весь день; всё доктора из Москвы и из провинции присылают с письмами, просят отыскать квартиру, "устроить", точно я комиссионер! Мать здорова. Будь и ты здорова, приезжай поскорей.
Твой Antoine.
Купи для меня у Шанкса в английском магазине помочи - bretelles, обыкновенные, не для велосипеда.
 
На обороте:
Москва.
Марии Павловне Чеховой.
Мл. Дмитровка, д. Шешкова.

 

3082. M. П. ЧЕХОВОЙ
Около 26 марта 1900 г. Ялта.
1 ф. раффии № 207 ........ 45 к.
Ярлычков для обозначения названий деревьев.
1 плоскогубцы № 241 ..... 50 к.
5 свистков оловянных № 502 .... 75 к.
Ручки для дверей № 385 (для ватера внизу, для моей двери на балкон; каменные или фарфоровые, как у умывальника).
Костылей.
1 флакон клею "Синдетикон" - 20 к.
Несколько "затворок с двумя личинками с круглой или острой задвижкой".

 

3083. П. А. СЕРГЕЕНКО
27 марта 1900 г. Ялта.
27 марта.
Милый Петр Алексеевич, если ты намерен в Крыму купаться и работать в тишине, то поезжай в Симеиз, - говорят, что там очень хорошо: и удобно, и одиноко, и купанье чудесное. Симеиз - это там, где живет Милютин, за Алупкой. В Кучук-Кое ты умер бы с голоду; там нельзя жить, не организовавши предварительно правильного хозяйства. Но, радуйся, с голоду ты не умрешь, так как я продаю Кучук-Кой. Уже есть покупатель.
Зачем продаю? Нуждаюсь в деньгах, как это ни странно...
Гинцбург прислал письмо. Статуэтка стоит больше ста рублей. Для меня это немножко дорого.
Ну, будь здоров и счастлив. Желаю тебе всего хорошего. Жму руку.
Твой А. Чехов.

 
 
3084. Б. А. ЛАЗАРЕВСКОМУ
2 апреля 1900 г. Ялта.
2 апр.
Многоуважаемый Борис Александрович, папка великолепна, мне нужна именно такая для начатых рукописей, которые в беспорядке валяются у меня по всему столу; Вы мне очень угодили и больше всего, конечно, рисунками. Только когда приедете в Ялту, я попрошу Вас закрасить вывеску "текущие работы". Это похоже на "входящие и исходящие".
Поссе был в Ялте, я говорил ему о Вашем "Машинисте". Он обещал отнестись к этой повести с особенным вниманием.
Ваша папка немножко измялась в дороге, придется прибегнуть к утюгу.
Нового у нас в Ялте ничего нет, погода скверная, холодно, интересных людей мало.
Будьте здоровы и веселы. Желаю Вам всего хорошего и еще раз благодарю - от всего сердца. Жму руку.
Ваш А. Чехов.
В Севастополе я буду не раньше мая.

 
 
3085. В. М. СОБОЛЕВСКОМУ
2 апреля 1900 г. Ялта.
2 апр.
Дорогой Василий Михайлович, сегодня я получил Ваше письмо, а вчера была у меня Наташа. Она приходила с Вениаминовыми, потом мы вместе провели часа два, гуляя по городу. Она очень выросла и поздоровела. Теперь мы переговариваемся по телефону и решили так: она зайдет ко мне, и мы вместе поедем к Елпатьевскому. Живу я в Верхней Аутке, как раз на пути в Исар, стало быть, с Наташей, буде она пожелает, будем часто видеться. Я ей очень обрадовался; Вашему письму - тоже.
Наша весна запоздала, ходим еще в осеннем пальто и в калошах, но, слава богу, все же зима кончилась, стали приезжать интересные люди, и мне уже не так скучно. Приехал, между прочим, Горький, человек очень интересный и приятный во всех смыслах. Я в Елпатьевский живем в собственных дачах, как магнаты, наши дачи далеко видно, и когда к Ялте подойдет английский флот, то начнет палить прежде всего в наши дачи. У меня среди сада растет большая пальма, много цветов; барышни присылают подушки. Одним словом, не жизнь, а малина. Но всё же я недоволен. Всё чаще и чаще посещает мечта - продать дачу и уехать в Монте-Карло и поставить там на quatre premier сразу сто франков. Жизнь оседлая, правильная, да еще в провинции - это слишком длинная жизнь, месяц ее следует считать за год, как под Севастополем.
Я получаю очень много газет. Получаю и "Россию", и "Северный курьер", и теперь, когда мне приходится много читать и невольно сравнивать, я с каждым днем всё больше убеждаюсь, что нет лучше газеты, как "Русские ведомости". Прежде я как-то поддавался общему гулу, что газета ведется скучновато, сухо, что нужно бы ее разнообразить и проч., теперь же, разбираясь в белиберде текущих событий, я вижу, что в этой якобы скуке было спасение. Мне очень, очень грустно, что я так редко работаю у Вас, так мало выражаю Вам свое сочувствие на деле, но утешаю себя мыслью, что виноваты тут чисто внешние обстоятельства и что в будущем я всё наверстаю.
Я раза два принимался писать Варваре Алексеевне, хотел уговорить ее не покупать дачи в Туапсе. Теперь узнал от Наташи, что Туапсе отклонено, - и я рад. Надо иметь дачу в Крыму на берегу, у самого моря. Через 5-10 лет здесь будет очень хорошо - конечно, не зимой, а в сезон.
Осенью я буду в Москве, а пока до осени делайте так, чтобы я всё время знал Ваш адрес. Сердечный привет Варваре Алексеевне. Крепко жму Вам руку и обнимаю.
Ваш А. Чехов.

 
 
3086. Е. А. НИКОЛЬСКОЙ
4 апреля 1900 г. Ялта.
4 апр.
Милостивая государыня
Елизавета Александровна!
Вы можете прислать рукопись, когда угодно, я рад служить Вам, только не взыщите, я не могу обещать Вам прочесть рукопись в очень скором времени, так как у меня на столе немало книг и рукописей, которые я должен прочесть.
Желаю Вам всего хорошего.
А. Чехов.

 
 
3087. H. A. ЛЕЙКИНУ
9 апреля 1900 г. Ялта.
9 апреля 1900 г.
Христос воскрес, многоуважаемый и дорогой Николай Александрович! Спешу поздравить Вас с сорокалетием Вашей литературной деятельности и пожелать Вам всего хорошего! Дай Вам бог здоровья - это главное, а остальное само приложится, как Вами завоеванное и давно заслуженное.
Прасковью Никифоровну поздравляю и от души желаю ей всего лучшего. С истинным уважением Ваш покорнейший слуга
А. Чехов.
После Вашего юбилея буду писать Вам о своем житье-бытье. Сегодня читать Вам некогда, а мне писать - нездоровится.

 
 
3088. Е. П. КАРПОВУ
20 апреля 1900 г. Ялта.
20 апреля 1900.
Дорогой Евтихий Павлович, простите, я долго не отвечал на Ваше письмо. Причина тому - поездка моя в Севастополь и затем приезд труппы Художественного театра в Ялту. Я говорил с В. И. Немировичем-Данченко о "Дяде Ване", и он уверяет, что эта пьеса была отдана ему мною больше двух лет назад, не для одной Москвы, а вообще. Будет ли Художественный театр когда-нибудь в Петербурге, я не знаю, но если будет, то пьеса моя пройдет не больше 2-3 раз - а затем наступит тишина и спокойствие. Как видите, мне не везет с моими пьесами, это в конце концов мне следует признать и покориться. Отдавая свои пьесы в Художественный театр, я ни в каком случае не предполагал, что он будет когда-нибудь в Петербурге, мне это и в голову не приходило. Как бы ни было, я прошу извинения, дорогой Евтихий Павлович, и снисхождения к своим ошибкам невольным, причиняемым, быть может, оттого, что я вот уже третий год живу вдали от столиц и людей, с которыми работаю.
Желаю Вам всего хорошего. Если Немирович-Данченко изменит свои планы, то я тотчас же извещу Вас об этом.
Ваш А. Чехов.

 
 
3089. В. С. МИРОЛЮБОВУ
20 апреля 1900 г. Ялта.
Дорогой Виктор Сергеевич, шлю ответ на Вашу телеграмму: "Чайка" пойдет во второй раз в воскресенье. Так как Вы видели всё, кроме "Чайки", то я и отвечаю только насчет "Чайки". Буду очень, очень рад повидать Вас. В субботу устраивается литературный вечер, с чтением стихов и проч. и проч.
Будьте здоровы, дядя!
Ваш А. Чехов.
20 апреля.
 
На обороте:
Балаклава.
Гостиница "Россия".
Виктору Сергеевичу Миролюбову.



страницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216

Rambler's Top100 Yandex тИЦ