страницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216

Переписка А. П. Чехова (письма Чехова)

мобильные телефоны

3700. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
16 марта 1902 г. Ялта.
16 марта.
Милый мой, глупенький пупсик, злая моя, нехорошая жена, вчера я не получил от тебя письма. Кроме вчерашнего дня, я писал тебе ежедневно; очевидно, письма не доходят, с чем тебя и поздравляю.
Ну, дуся, сегодня идет прекрасный весенний дождь. Это первый за всю весну. Мать сегодня приобщалась. У Арсения душеспасительное лицо. Мое здоровье хорошо, кашель меньше, настроение порядочное. Пьесу не пишу и писать ее не хочется, так как очень уж много теперь драмописцев и занятие это становится скучноватым, обыденным. Ставить вам нужно прежде всего "Ревизора", Станиславский - городничий, Качалов - Хлестаков. Это для воскресений. А ты бы была великолепная городничиха. Затем - "Плоды просвещения", тоже для воскресений и на запас. Только вам необходимо еще прибавить двух-трех порядочных актрис и столько же актеров, тоже порядочных. Если главные роли будут, хотя бы случайно, исполняться такими, как Мунт, и даже такими, как Литовцева, то театр ваш погибнет через 2-3 сезона.
У меня никто не бывает. Впрочем, вчера была Мария Ивановна Водовозова, которая, очевидно, -и это очень жаль! - помирилась со мной. Несносная, глупая бабенка, которая каждую минуту суется не в свое дело.
Как идет IV акт "Мещан"? Ты довольна? Напиши мне, дуся.
Отчего я не получил ни одной телеграммы? Я каждый вечер жду. Очевидно, Немирович пал или падает духом, его заедают рецензии. А ты, дурочка, не верь этим пошлым, глупым, сытым рецензиям нелепых людей. Они пишут не то, что прочувствовано ими или велит им совесть, а то, что наиболее подходит к их настроению. Там, в Петербурге, рецензиями занимаются одни только сытые евреи неврастеники, ни одного нет настоящего, чистого человека.
Вот уже четвертая неделя поста! Скоро ты приедешь. Тебе я отдаю ту комнату, где стоит пианино, и ту, что внизу, где ты жила в прошлом году. Значит, две комнаты. Дам даже три комнаты, только не уходи к Суворину за 1000 р. в месяц.
Пиши, дуська, не ленись, будь порядочной женой. Обнимаю тебя и крепко целую. Пиши, родная! Подлиннее пиши, в письмах ты умная.
Твой муж под башмаком
Antoine.
Кланяйся Андреевской, той самой, что на кумысе познакомились.
Третьего дня, прочитав твое письмо, где ты пишешь, что не получаешь моих писем, я послал тебе письмо в Панаевский театр.

 
 
3701. M. П. ЧЕХОВОЙ
16 марта 1902 г. Ялта.
16 марта.
Милая Маша, сегодня с раннего утра идет дождь, настоящий, весенний. Погода тихая. Сегодня мать приобщалась, бабушка тоже. Все здоровы. Мое здоровье гораздо лучше, чем было. Вчера получены из Одессы деревья (пирамидальные шелковицы и таковые же акации) и вчера же были посажены. Больше нет ничего нового. Будь здорова и благополучна, всего хорошего!
Твой Antoine.
Писал ли я тебе, что Марфа уехала домой?
 
На обороте:
Москва.
Марии Павловне Чеховой.
Неглинный пр., д. Гонецкой.


 
3702. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
17 марта 1902 г. Ялта.
17 марта.
Милый мой крокодил, сегодня получил от тебя два письма; одно из них написано 11 марта, а почтовый штемпель - 13-го, очевидно, кто-нибудь таскал письмо в кармане.
У меня кашель всё слабее. Видишь, дуся, какой я. Сегодня ветер и весеннее настроение, после дождя всё зацвело и стало распускаться.
Если увидишь еще раз А. А. Потехина, то кланяйся ему и скажи, что я его очень уважаю. Гонорар пусть получит Маша, напиши Боткину или ей - как знаешь, о собака.
Значит, скоро ты сделаешься знаменитой актрисой? Саррой Бернар? Значит, тогда прогонишь меня? Или будешь брать меня с собой в качестве кассира? Дуся моя, нет ничего лучше, как сидеть на зеленом бережку и удить рыбу или гулять по полю*.
Я ем хорошо. Можешь не беспокоиться. Ты получила от меня, как пишешь, только 3 письма, а между тем я послал их тебе по крайней мере 12.
Мать очень обрадовалась почему-то, когда узнала, что ты была у Миши и что он был у тебя с О<льгой> Г<ермановной>.
Итак, стало быть, "Дядя Ваня" не пойдет? О, как это нехорошо!
До свиданья, пупсик мой, целую тебя горячо. Будь здорова и весела.
Твой строгий муж
Antoine.
 
* Я ничего не имею против того, чтобы ты была знаменитой и получала тысяч 25-40, только сначала постарайся насчет Памфила.

 

3703. П. Ф. ИОРДАНОВУ
19 марта 1902 г. Ялта.
Книги, которые в скором времени будут высланы мною в библиотеку:
1) И. Бунин. Рассказы. (2 экз.)
2) Леонид Андреев. Рассказы. Изд. 2-е.
3) Скиталец. Рассказы и песни. (2 экз.)
4) Максим Горький. Мещане. (2 экз.)
Перев. Мережковского. Издание Т-ва "Знание":
5) Эсхил. Скованный Прометей.
6) Софокл. Эдип в Колоне.
7) Эврипид. Ипполит.
8) Софокл. Эдип-царь.
9) Софокл. Антигона.
10) Эврипид. Медея.
А. Чехов.
19 марта 1902.
 
На обороте:
Таганрог.
Его высокоблагородию
Павлу Федоровичу Иорданову.

 

3704. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
19 марта 1902 г. Ялта.
19 марта.
Милый мой, удивительный дусик, вчера я не писал тебе - и только вчера, а ты то и дело оставляешь меня без письма. Например, сегодня. Как же после этого не бить тебя?
Я здоров, как бык. Погода порядочная. Почти всё время сижу вне дома. Вчера вечером был у меня Леонид Андреев с женой, и она, т. е. его жена, показалась мне очень неинтересной; от такой я бы непременно ушел. Сегодня приходила m-me Корш, жена голубы Корша. Что еще написать тебе? О чем? Ну, хоть о том, что мною замечено, а именно: "Новое время" стало иначе относиться к вашему театру, очевидно, сменило гнев на милость. Что за сукины сыны!
Скоро, скоро я начну поджидать тебя, моя немочка золотая. Тихомирова благодарю и благодарю.
А Вишневский мне ничего не пишет, между тем мне очень хотелось бы знать, каковы его петербургские впечатления.
Целую собаку мою, обнимаю миллион раз.
Твой деспот
Antoine.
Л. Средину легче; было воспаление легких. Л<ьву> Н<иколаевичу> совсем легче.

 
 
3705. В. Г. КОРОЛЕНКО
19 марта 1902 г. Ялта.
19 марта 1902 г.
Дорогой Владимир Галактионович, всю зиму я ровно ничего не делал, так как хворал. Теперь мне легче, я почти здоров, но что будет дальше - не знаю и потому ничего определенного насчет рассказа в сборник сказать не могу. В июле или в августе сообщу Вам, тогда будет видней. Что же касается "Русского богатства", то я пришлю повесть или рассказ при первой возможности. Этот журнал мне симпатичен, я его люблю и работал бы в нем охотно.
Сегодня я получил письмо от одного ординарного академика такого содержания: "Вчера было особое заседание (вчера - 11 марта) Разряда изящной словесности, опять в Мраморном дворце, посвященное тому же инциденту с Максимом Горьким. Прочли высочайший выговор, изложенный в словах, что гос<ударь> "глубоко огорчен" выбором и что Мин<истерство> нар<одного> проев<ещения> предлагает отныне представлять всех кандидатов на усмотрение его и М<инистерст>ва вн<утренних> дел".
М. Горький, кстати сказать, проживает в настоящее время в Олеизе, сегодня был у меня. Л. Н. Толстой выздоравливает.
Желаю Вам всего хорошего, крепко жму руку.
За письмо, за то, что вспомнили, большое Вам спасибо.
Ваш А. Чехов.

 
 
3706. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
20 марта 1902 г. Ялта.
20 марта.
Милый дусик, ты спрашиваешь, почему я не беру денег за переводы моих произведений. А потому что не дают. Твой друг Чумиков полгода назад написал мне, что кто-то вышлет мне за его переводы 100 марок, но этот "кто-то" не торопится. Хорошо бы ты сделала, если бы не принимала этого Чумикова. Насчет Маркса и 300000 он тебе врет. Гр. Толстая и не думала торговаться с Марксом, всё это ложь.
Я нарочно хожу в протертых брюках, чтобы все видели и чувствовали, как ты меня разоряешь. Погоди, скоро я буду без брюк ходить!
Еще одно слово о Чумикове. Ведь я дал ему авторизацию, он переводит меня уже давно, и он же смеет еще говорить, что я отказываюсь от гонорара! Что за животное.
У нас всё расцвело. Твоя комната с пианино ждет тебя. Скоро уже ты должна приехать. Мы поживем немножко в Ялте, потом поедем в Москву, потом на Волгу. В Москве мне хочется посмотреть на вашу квартиру; говорят, очень хорошая.
Кланяется тебе старуха Средина* с младшим фисом**. Знаешь? А хорошо бы мне будущей зимой пуститься путешествовать, хотя бы по Нилу. Как ты думаешь? Я бы писал тебе длинные письма из Африки. Дуся моя!!
Ну, будь счастлива. Дай бог тебе здоровья и всего самого лучшего. Обнимаю тебя.
Твой свирепый муж
Antoine.
 
* Она была только что, и сын ее был, говорил тихим, кротким голосом. (Прим. А. П. Чехова)
** сыном (франц. fils) (Прим. ред.)
 


3707. И. А. БЕЛОУСОВУ
21 марта 1902 г. Ялта.
21 марта 1902.
Дорогой Иван Алексеевич, позвольте и мне поздравить Вас, крепко-крепко пожать руку и от всей души пожалеть, что меня нет с Вами.
Примите мое сердечное пожелание счастья, успехов, и дай бог Вам дожить (и нам вместе с Вами) до того вечера, когда мы могли бы собраться и отпраздновать сорокалетие Вашей деятельности, тихой, скромной и прекрасной. Крепко жму руку еще раз и обнимаю милого юбиляра.
Ваш А. Чехов.

 
 
3708. H. Д. ТЕЛЕШОВУ
21 марта 1902 г. Ялта.
21 марта 1902.
Дорогой Николай Дмитриевич, сегодня я получил Ваше письмо и сегодня же отвечаю. Боюсь, как бы мое поздравление не запоздало. Да, Иван Алексеевич настоящий юбиляр: и писатель в своем роде единственный, и человек очень хороший,
Шлю Вам сердечные пожелания и жму руку. После Пасхи буду в Москве - к великому моему удовольствию.
Ваш А. Чехов.
 
На конверте:
Москва.
Его высокоблагородию
Николаю Дмитриевичу Телешову.
Чистые пруды, д. Тереховой.


 
3709. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
22 марта 1902 г. Ялта.
22 марта.
Милая моя жена, для нас ищут дачу с мебелью, с полной обстановкой, так что горшков тебе не придется везти с собой, не бойся. Анну Егоровну нельзя брать, боже тебя сохрани - это значит лишить себя свободы, надеть цепи, так сказать. Пароходы из Севастополя идут во вторник, среду, пятницу и воскресенье.
В Финляндию можно поехать, но не больше как на неделю и как можно подальше и поглуше, чтобы никто не мог приехать к нам, ни одна душа.
Сегодня был у меня Куперник, отец Татьяны, вчера был Кашкин, был Зевакин, была m-me Корш.
Средину лучше. Дашу Озаровскую, бывш<ую> Мусину-Пушкину, быв<шую> Глебову, нельзя считать актрисой серьезно. Это пустяки одни, а не женщина.
Погода весенняя, но нет дождя, сухо.
Чтобы не возиться с сундуком, ты напиши в Москву, чтобы выслали на Николаевский вокзал кого-нибудь встретить тебя. Ты сдашь посланному сундук, а сама поедешь дальше, на Курский вокзал, потом на юг.
Иду к зубному врачу! Будь здорова, дуся, Христос с тобой. Обнимаю тебя.
Твой Antoine.
 
 

3710. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
23 марта 1902 г. Ялта.
23 марта.
Милая Собака моя, мне теперь не до писем, хожу каждый день к доктору, починяю зубы. Каждый день пломбировка и прочее. Рисунок Муратовой великолепен. Раевской книгу пришлю, когда она вернется в Москву и когда я буду знать ее адрес.
Дуся моя, я готов ехать и в Швейцарию, только ведь там нельзя удить рыбу! А мне ужасно хочется. Надо бы под Москвой купить дешевенькое именьишко, чтобы можно было жить лето и удить рыбу. Только под Москвой гости бы ездили.
Ну, деточка, господь тебя благословит. Не скучай, пиши мне. Я целую тебя любвеобильно, мою славную.
Твой суровый муж Антон.

 
 
3711. П. А. СЕРГЕЕНКО
24 марта 1902 г. Ялта.
24 марта 1902.
Дорогой Петр Алексеевич, с Г<риневичем> уже всё кончено: он умер, дня за 3-4 до получения мною твоего последнего письма. Он болел дня три, поставлен был диагноз - заворот кишок, ему делали операцию, вскрыли живот - и он умер. Нашли у него бугорчатку брюшины, между прочим. Что он за человек, так и осталось тайной для всех, знавших его в Ялте.
Здоровье Л<ьва> Н<иколаевича> поправляется. Воспаление легких давно уже кончилось, осталась одна только слабость.
Погода в Ялте очень хорошая, уже весенняя; и здоровье мое стало лучше. Всю зиму здоровье было скверное, ничего не делал.
Будь здоров и благополучен.
Твой А. Чехов.

 
 
3712. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
25 марта 1902 г. Ялта.
25 марта.
Сегодня, дусик мой, опять ходил к зубному врачу и, представь, не застал его дома. Завтра опять пойду, потом послезавтра опять - и так целую неделю.
Собака, дождя нет! Здоровье мое прекрасно, лучше и не надо. Н. Котляревского я знаю очень хорошо, виделся с ним не один раз. С Ф. Батюшковым был в переписке. Эти два - и Котляревский, и Батюшков - народ очень хороший и нужный, только суховатый, и в обоих есть что-то напоминающее И. И. Иванова, московского.
Что новенького? Напиши, дуся. А еще лучше поскорей оканчивай свой сезон и приезжай в объятия мужа.
Ну, господь тебя благословит. Целую дусю мою.
Твой супруг Antoine.

 
 
3713. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
27 марта 1902 г. Ялта.
27 марта.
Здравствуй, жена! Здоровье мое поправилось совершенно, и остановка теперь только за зубами, которые я починяю каждый день. Ты в последнем письме спрашиваешь, считаю ли я тебя умной не в одних только письмах. Дуся моя, золото, собачка, я считаю тебя глупенькой, но скрываю это ото всех. Ты, однако, раскутилась в Питере, у тебя много знакомых - завидую тебе! Ты каждый день встречаешься с m-me Чюминой... Правду ли говорят, что у нее роман с вашим Вишневским? Если правда, то желаю им обоим всего хорошего.
Получил телеграмму насчет "Мещан". Теперь буду ждать подробностей от тебя.
Сегодня, можешь себе представить, идет дождь!! Писать больше не о чем, дайте мне мою жену! Надоело писать.
Уже весна настоящая, хожу в весеннем пальто и без калош.
Ну, приезжай поскорей! Вот тебе расписание пароходов:
понед<ельник> "Батум"
вторник "Пушкин"
среда "Ялта"
пятница "В. к. Ксения"
воскресенье "В. к. Алексий"
понед<ельник> "Севастополь".
Это дни, в которые выходят пароходы из Севастополя в Ялту.
До свиданья, актрисуля, хранит тебя бог! Обнимаю тебя и целую.
Твой Antoine.

 
 
3714. И. M. КОНДРАТЬЕВУ
27 марта 1902 г. Ялта.
27 марта 1902.
Многоуважаемый
Иван Максимович!
Будьте добры, сделайте распоряжение о высылке мне гонорара по адресу: Ялта. В прошлый раз мне был выслан гонорар по телеграфу через Общество взаимного кредита. Если и на этот раз благоволите выслать переводом, то лучше устроить это через Государственный банк (в Ялте казначейство), переводом не по телеграфу, а по почте. Это несравненно дешевле.
Желаю Вам всего хорошего.
Искренно Вас уважающий
А. Чехов.


 
3715. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
28 марта 1902 г. Ялта.
28 марта.
Здравствуй, кутила! Сегодня пасмурно, хочет идти дождь, холодновато. Зубов еще нe кончил пломбировать, но скоро кончу. Приезжают на днях Бунин и Нилус, который будет писать с меня портрет.
Гриша Глинка - это сын баронессы Икс<куль>. Я с ним плыл от Владивостока, вспоминаю о нем с удовольствием, мальчик хороший. Если Острогорский, который провозгласил за ужином мое здоровье, редактирует "Образование", то это нехороший Острогорский, репутация у него неважная. Он напечатал в своем журнале костомаровскую сказку, которую выдал за толстовскую.
Ты мне нужна, моя немочка, приезжай поскорей. Хочется поскорее попутешествовать и с тобой насчет этого посоветоваться.
Ты пишешь, что расстроила себе желудок. А ты не пей шампанского.
Бог с тобой, моя милюся, да хранят тебя ангелы святые. Не забывай своего мужа, вспоминай о нем хоть раз в сутки.
Обнимаю тебя, мою пьяницу.
Твой муж в протертых брюках, но не пьющий Antoine.

 
 
3716. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
31 марта 1902 г. Ялта.
31 марта.
Милая дуся, сейчас уезжаю к Толстому. Погода чудесная. А тебе надоело в Питере? Скучно? Холодно?
Насчет почетных академиков ничего еще не решено, ничего не известно; мне никто ничего не пишет, и я не знаю, как мне поступить. Поговорю сегодня с Л<ьвом> Н<иколаевичем>.
Пьеса Горького имела успех? Молодцы!!
Итак, до свиданья, дуся моя! Если что понадобится, то буду телеграфировать, письмо же это последнее, если не напишу еще завтра.
Я здоров совершенно, зубы кончу пломбировать завтра. В среду начнет писать меня Нилус, художник, друг Бунина.
Итак, жена, до свиданья! Сойдемся, и потом нас не разорвет никакая собака до самого сентября или октября.
Обнимаю тебя, целую миллион раз.
"Дикая утка" осрамилась?
Твой верный муж Antoine.
Сегодня от тебя нет письма.

 
 
3717. H. П. КОНДАКОВУ
2 апреля 1902 г. Ялта.
2 апрель 1902.
Многоуважаемый и дорогой Никодим Павлович, я не знаю, вернулись ли Вы в Петербург (Вы писали, да и из газет видно, что Вы в Москве), но всё же позвольте напомнить Вам о своем существовании. Начну с того, что в Ялте уже настоящая весна, зеленеют деревья, отцветают персики, тепло, актер Сазонов в собственном имении пьет чай не иначе, как на чистом воздухе. Здоровье мое в феврале и в начале марта было плохо, я похудел и много кашлял, теперь же дела мои очевидно пошли на поправку, чувствую себя очень хорошо.
Очень бы хотелось повидаться с Вами и поговорить, узнать подробности о последних академических выборах. До сих пор для меня еще многое не ясно, по крайней мере я не знаю, что мне делать, оставаться мне в поч<етных> академиках или уходить.
Л. Н. Толстому лучше, это несомненно, болезнь (воспаление легких) миновала, но всё же он слаб, очень слаб, только недавно стал сидеть в кресле, а то всё лежал. Ходить будет еще нескоро. Я был у него третьего дня, и он показался мне выздоравливающим, но очень старым, почти дряхлым. Много читает, голова ясная, глаза необыкновенно умные. Писать конечно нельзя, но всё же есть кое-что новое, им написанное; об этом, впрочем, поговорю при свидании.
А когда мы увидимся? Напишите пожалуйста. Мне, повторяю, очень хочется поговорить с Вами, и хочется, и очень нужно.
Желаю Вам всего хорошего, низко кланяюсь Вам и Вашей семье. Будьте здоровы и благополучны.
Ваш А. Чехов.

 
 
3718. П. Ф. ИОРДАНОВУ
3 апреля 1902 г. Ялта.
3 апрель 1902.
Многоуважаемый Павел Федорович, посылаю Вам книги - большою скоростью... Они, вероятно, уже в Таганроге, их можно получить.
Желаю Вам всего хорошего.
Преданный А. Чехов.
V и VI томы соч<инений> Екатерины II еще не готовы; когда получу, то пришлю.
 
На конверте:
Таганрог.
Его высокоблагородию
Павлу Федоровичу
Иорданову.


 
3719. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
5 апреля 1902 г. Ялта.
Телеграфируй подробно здоровие.
 
На бланке:
П<етер>б<ур>г. Кирпичный 8.
Чеховой.

 
 
3720. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
6 апреля 1902 г. Ялта.
Сердечно благодарю Евгению Михайловну, Константина Сергеевича. Беспокоюсь, телеграфируй ежедневно, умоляю.
Антон.
 
На бланке:
П<етер>б<ур>г. Кирпичный 8.
Чеховой.
 
 

3721. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
10 апреля 1902 г. Ялта.
Приехал Немирович. Акушерку бери до Севастополя, приезжай одна, телеграфируй. Жду нетерпением.
 
На бланке:
П<етер>б<ур>г. Кирпичный 8.
Чеховой.

 
 
страницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216

Rambler's Top100 Yandex тИЦ